Бюро UTRO: «Мы стараемся воспринимать территорию как живой организм»

Стартовой точкой любого проекта UTRO неизменно становится изучение особенностей локации. Визитная карточка бюро под руководством Ольги Рокаль, Марины Ярмаркиной, Алены Зайцевой и Ольги Хохловой — образовательные пространства, в которых есть место для игры, и игровые, где заложена возможность для исследования и обучения. В этом году команда провела ребрендинг, который стал отражением эволюции ее подхода. Редакция Design Mate поговорила с основателями о том, что дает проектам глубину, а не просто красивую форму, как инклюзивность становится частью системного подхода и как коллаборации с художниками обогащают архитектуру и собственную практику.

Какой момент за прошедшие одиннадцать лет стал для бюро UTRO поворотным?

Наверное, таким моментом для нас стала «Огородная Слобода». Это был первый самостоятельный ландшафтный проект бюро UTRO, и в нем уже проявилось многое из того, что потом стало для нас важным: работа с деталями, растениями, светом, маршрутами и самим ощущением пространства. Особенно ценно, что спустя годы сквер по-прежнему работает и нравится людям. Туда приходят вечером, чтобы посидеть, отдохнуть, провести время. Для нас это хороший показатель качества. Комфорт не обязательно должен быть громким или демонстративным. Иногда он как раз заключается в спокойствии и удобстве, которые человек почти не замечает, но благодаря которым ему просто хорошо находиться в этом месте.

Сквер «Огородная Слобода»

Как вы сегодня распределяете роли между собой? Бывают ли ситуации, когда взгляды расходятся, и как вам удается приходить к общему решению?

Роли каждой из нас сложились довольно органично. Мы давно знаем друг друга, вместе работали еще в бюро Wowhaus, поэтому уже тогда было понятно, кто в чем сильнее и кому что ближе. При этом мы довольно разные, и это нам скорее помогает. На одну и ту же задачу можно посмотреть с разных сторон, заметить то, чего другой не увидел бы, и в итоге прийти к более интересному решению. Кардинальных расхождений у нас обычно нет: все-таки наши вкус и подходы к работе во многом схожи. Нам вообще интересно слушать мысли друг друга и постоянно сверяться. Это не перетягивание каната.

Компромисс для нас означает поиск решения, которое в итоге действительно кажется хорошим всем.

Партнеры бюро UTRO в самом начале

Команда бюро

Вы упомянули о работе в бюро Wowhaus. Что вам дал этот опыт и как он отразился на собственной практике?

Бюро Wowhaus во многом стало нашей профессиональной базой. Мы оказались там почти с самого начала, в период, когда в Москве формировалось новое представление об общественных пространствах и сам запрос на то, чтобы проводить время в городе, на улице, в том числе зимой. Мы работали над такими знаковыми для этого периода проектами, как Институт «Стрелка», Крымская набережная и перезапуск Парка Горького. И, конечно, это была очень хорошая школа. Мы с большим теплом вспоминаем Олега Шапиро и Дмитрия Ликина. Они умели работать с молодыми архитекторами, много давали и при этом не давили авторитетом. Думаю, в том, как сегодня мы сами выстраиваем отношения с командой, есть отголоски этого опыта.

Что объединяет все проекты бюро UTRO? Есть ли принципы, которые остаются неизменными независимо от масштаба и типологии?

Для нас важно сначала разобраться в самом месте. Мы смотрим на его исторический контекст, распутываем наслоения разных периодов, изучаем природные условия, существующие маршруты, свет, растения, ветер, солнце, даже то, как распространяется шум. Из этого постепенно складывается понимание, каким должно быть пространство. При этом мы совсем не против «фишек». Наоборот, любим нестандартные авторские решения. В «Огородной Слободе» это, например, нимб со светом, в сквере «Стерео» в Сочи — пергола с качелями и пруд. Просто мы не начинаем проект с попытки придумать вау-эффект.

Такая деталь появляется как часть общего замысла и работает вместе со всем остальным.

Сквер «Стерео» в Сочи

Поэтому исследовательская составляющая во многом определяет архитектурные решения. Для нас исследование — основа любого проекта. Этот подход во многом сформировался еще в Институте «Стрелка» и бюро Wowhaus, где работа всегда начиналась с предпроектного этапа. Мы стараемся воспринимать территорию как живой организм: разобраться, кто здесь живет и как пользуется местом, какие растения уже существуют и как они будут развиваться дальше, какие процессы происходят внутри территории. Чем глубже удается копнуть, тем лучше. На Симоновской ветви (некоммерческий проект бюро UTRO, который подразумевает создание линейного парка на месте заброшенной железнодорожной ветки, — прим. ред.), например, мы проводили историко-архивное исследование, которое помогло раскрыть идентичность всего квартала, изучали транспорт и природные системы, проводили ботанический воркшоп. Для нас именно такая глубина работы дает проекту основания, а не просто красивую форму.

Бюро UTRO на ботаническом воркшопе на Симоновской ветви

В ваших проектах часто появляются инклюзивные решения, например кабинки для кормления малышей в пространстве музея «ЗИЛАРТ». Как вам кажется, сегодня они становятся новой нормой или по-прежнему требуют дополнительных усилий и убеждения заказчика?

Пока скорее второе. Некоторые заказчики постепенно начинают об этом задумываться, но такие вещи все еще далеко не всегда оказываются в техническом задании и не воспринимаются как что-то само собой разумеющееся. Поэтому нам, как архитекторам, важно самим поднимать эти вопросы. При этом инклюзивность для нас гораздо шире какого-то одного специального решения. Это внимание к пользовательскому опыту разных людей и разных жизненных ситуаций. Иногда ты сам проходишь через какой-то опыт, замечаешь проблему, а затем можешь перенести это наблюдение в проект и сделать опыт других людей немного лучше.

Кабинки для кормления в музее «ЗИЛАРТ»

Образовательные и игровые общественные пространства стали одной из визитных карточек бюро. Как за последние годы изменилось представление о том, какими они должны быть? Какие принципы для вас остаются ключевыми?

И игровая, и образовательная среда для нас — почти бесконечное поле для исследования. Меняются поколения, привычки, подход к родительству, сама среда становится все более цифровой. При этом остаются вещи, которые хочется сохранять и передавать дальше. Мы много наблюдаем за тем, как люди пользуются пространствами, и приятно видеть, что большинство проектных гипотез потом действительно подтверждаются.

Если говорить о главном принципе, то нам важно соединять игру и познание.

В образовательном пространстве должна быть возможность для игры, а в игровом — для исследования и обучения. Человек может никогда этой возможностью не воспользоваться, но пространство должно ее давать. Вообще, это тема для отдельной диссертации, которую Оля Рокаль, кажется, рано или поздно напишет.

Обновленное пространство «Ателье» в Доме культуры «ГЭС-2»

Вы часто привлекаете художников к работе над проектами. Что такие коллаборации способны привнести в архитектуру?

Мы дружим со многими художниками и сами иногда оказываемся в этой роли, когда работаем над большими городскими инсталляциями или придумываем внутри проекта какой-то новый мир. Любая такая коллаборация позволяет посмотреть на задачу с совершенно другого фокуса и увидеть то, чего сам, возможно, не заметил бы. Для нас это немного похоже на мастер-класс или воркшоп: ты на время погружаешься в чужой способ мышления, получаешь новый опыт и новую оптику. И потом все это неизбежно остается с тобой и обогащает собственную практику.

Детская площадка 1-й очереди жилого комплекса «Метрополия» по рисункам художницы Маши Сомик

Помимо архитектурной практики, вы много занимаетесь преподаванием и образовательными проектами. В какой момент у вас появилось желание делиться накопленным опытом? Меняет ли общение со студентами и молодыми архитекторами собственную практику?

Работа с горожанами и подростками для нас во многом связана с гражданской позицией. Здесь мы можем выступать профессиональными проводниками: если у людей есть запрос или идея, мы понимаем, как шаг за шагом помочь ей стать чем-то реальным. И очень вдохновляет видеть, как то, что сначала существовало только в разговоре, в итоге материализуется в городе. Со студентами немного другая история. Преподавание заставляет разложить собственную практику на метод, посмотреть на нее со стороны и осмыслить, как именно ты работаешь. В каком-то смысле это помогает выкристаллизовать собственную профессиональную самость и точнее понять, в чем суть твоего подхода.

В ваших проектах заметное место занимают водно-зеленая инфраструктура и экологические решения. Для вас это скорее ответ на глобальные вызовы или естественная часть качественной городской среды?

И то и другое. Глобальные вызовы очень быстро становятся локальными и вполне конкретными. Мы видим это буквально вокруг себя: например, в Москве все чаще идут сильные дожди и ливни, и в какой-то момент кажется, что город уже превращается в тропики или субтропики. Поэтому водно-зеленая инфраструктура для нас — естественная часть проектирования. Дождевые сады, работа с ливневым стоком и продуманная система озеленения помогают работать с водой как с ресурсом, поддерживать биоразнообразие и формировать более устойчивую городскую среду.

ЖК «Метрополия», один из проектов бюро, где была реализована тщательная работа с водно-зеленой инфраструктурой

Сейчас бюро UTRO переживает ребрендинг. Как это обновление отражает более глубокие перемены внутри бюро?

Мы начинали практику больше десяти лет назад, и за это время, конечно, сами изменились и повзрослели. У бюро сформировались собственный узнаваемый стиль, визуальный язык и подход к проектам, накопились опыт и экспертность. В какой-то момент мы почувствовали, что прежний образ уже не совсем нам соответствует.

При этом нам было важно сохранить то, что всегда отличало бюро UTRO: любовь к цвету, сложным цветовым сочетаниям и яркости, а также некоторую игривость. Новый логотип стал более сдержанным и взрослым, но мы по-прежнему не хотели уходить в классический черно-белый архитектурный язык. Изменилось и наше понимание премиальности. Для нас она прежде всего в качестве самого продукта и внимании к деталям, когда все продумано буквально до последнего штриха. Наверное, ближе всего здесь определение effortless chic: элегантно, но при этом обязательно есть какая-то изюминка, которая запоминается.

С какими типологиями вам было бы интересно поработать в будущем? Есть ли у вас проект мечты?

Нам очень хочется поработать с уже сложившейся природной экосистемой. В городе мы постоянно пытаемся привнести природу в среду, а здесь хотелось бы сделать обратное: самим выйти в природу и очень деликатно дать человеку возможность в нее войти. Не как хозяину, который все перестраивает под себя, а как внимательному гостю и наблюдателю. Нас очень вдохновляет парк в Веретьево, созданный архитектором Александром Бродским, где вмешательство в природную среду минимально. Наверное, проект мечты для нас — найти такой природный «эко-бриллиант» и дать ему очень изящную огранку, расширить пользовательский опыт, но при этом сохранить его дикую природную суть.

Фрагмент линейного парка «Симоновская ветвь» как пример зеленого коридора в городе

Если представить, что через десять лет можно будет реализовать одну идею, которая изменит качество городской среды, какой бы она была?

Наверное, одна из самых важных для нас идей — непрерывный контакт человека с качественной природной средой. Не только возможность специально пойти в большой парк, а ситуация, когда природа сопровождает тебя в обычной жизни: ты выходишь из дома, проходишь через палисадник, небольшой сквер, зеленый маршрут к метро, а дальше эта сеть продолжается по всему городу. У Москвы уже есть множество таких неформальных связей: тропы, аллеи, проходы между кварталами, маршруты, которыми люди пользуются каждый день.

Если увидеть их как единую систему, соединить и бережно развить, может появиться совсем другой городской опыт.

И есть еще одна мечта: большое открытое пространство для городского эксперимента, что-то между «Стрелкой» и «Ателье» в Доме культуры «ГЭС-2». Место, где можно провести воркшоп, что-то вместе построить, устроить фестиваль, постоянно менять сценарии. Такое «удивительное место для удивительных дел».

Все фотографии предоставлены бюро UTRO.